То что один бодренький вооруженный мужик за час настрелял сотню половозрелых двуногих говорит об одном - ОНИ БЫЛИ НЕЗДОРОВЫ.
Оно же по Европе и Америке жуткая хворь нынче бродит - Синдром Розовой Сопливости.
Население косит, страшное дело!
Первый симптом - лицо больного поражено общечеловеческой и доброй улыбкой миролюбия, толерантности, открытости и взаимного доверия. Больной обязательно активно пузырит розовые сопли, хотя часто в скрытой форме и без внеших проявлений.
В результате залепления органов зрения розовыми соплями у больных радикально меняется визульное восприятие среды - они становятся уверены, что все вокруг, как и они сами, кушают радуги и какают бабочками, что все люди братья и обнимемся друзья.
Иммунетет к чему бы то ни было, конечно нулевой.
Истории известны вспышки СРС и в прошлом. В результате затяжного мора погибла к примеру Западная Римская Империя. Трясомая лихорадкою Розовой Сопливости Европа подарила в 1938 году подвернувшуюся Чехословакию Германии, а впоследствии и сама ей подарилась.
В последие десятелетия болезнь стала в Европе, в частности в Нрвегии, таким же ежедневным и привычным недугом, как мигрень или обычный, нерозовый насморк...
Оно же по Европе и Америке жуткая хворь нынче бродит - Синдром Розовой Сопливости.
Население косит, страшное дело!
Первый симптом - лицо больного поражено общечеловеческой и доброй улыбкой миролюбия, толерантности, открытости и взаимного доверия. Больной обязательно активно пузырит розовые сопли, хотя часто в скрытой форме и без внеших проявлений.
В результате залепления органов зрения розовыми соплями у больных радикально меняется визульное восприятие среды - они становятся уверены, что все вокруг, как и они сами, кушают радуги и какают бабочками, что все люди братья и обнимемся друзья.
Иммунетет к чему бы то ни было, конечно нулевой.
Истории известны вспышки СРС и в прошлом. В результате затяжного мора погибла к примеру Западная Римская Империя. Трясомая лихорадкою Розовой Сопливости Европа подарила в 1938 году подвернувшуюся Чехословакию Германии, а впоследствии и сама ей подарилась.
В последие десятелетия болезнь стала в Европе, в частности в Нрвегии, таким же ежедневным и привычным недугом, как мигрень или обычный, нерозовый насморк...